Покупка и продажа книг

антикварные, букинистические книги

Покупаем книги преимущественно до 1850 г.

Наши услуги:

  • покупка старинных книг (Киев, Одесса, Донецк, Харьков, Львов, Днепропетровск)
  • продажа антикварных книг

Ждем Ваших звонков!

Поделиться:

 

Вы здесь

Изследование юридическое о принадлежащем для суда месте, о судебной власти, о должности судейской, о челобитной и доказательстве судебном . . . 1779.

Библиография:

1. Сводный каталог русской книги гражданской печати XVIII века 1725-1800. – М.: ГБЛ, 1962. –Т. 1.– С. 293. – № 1877.

  № 1877. Дильтей, Филипп Генрих (Dilthey, Philipp Heinrich, 1723-1781). Изследование юридиче­ское о принадлежащем для суда ме­сте, о судебной власти, о должности судейской, о челобитной и доказательстве судебном с Генеральным регламентом, с уставом Главнаго магистрата, и с инструкциями город­ских магистратов, словеснаго суда, и гилдии, с Уставом же таможенным старым и новым с их конфир­мациями и с инструкциею Коммерцколлегии со всеми приличными вез­де указами, сочиненное в пользу учащихся юриспруденции в Москов­ском имп. университете. От Филип­па Гендриха Дилтея обеих прав доктора оных же и истории в Имп. Мо­сковском университете публичнаго и ординарнаго профессора, Майнц­ской академии полезных наук и разных других, как то Вольнаго экономическаго и Российскаго вольнаго же собрания членом и присяжным адвокатом Концистории Пассавской, что в Вене. [М.], печ. при Имп. Моск. ун-те [у Н. И. Новикова], 1779. [12] , 1- 152, 152-209 [= 210] с. 4°.

  Тит. л. и текст парал. «на латин. и рус. языках. На шмуцтитуле заглавие: «Введение в право российское с теоретическим и практи­ческим изъяснением».

  На 12-й ненум. стр. типографская марка Н. Новикова.

  Соп. 4515; Губерти II, 10; Семенн. 71.

  ГБЛ; БАН; ГПБ; МГУ; ГПИБ.

2. Губерти, Н. В. Материалы для русской библиографии : Хронологическое обозрение редких и замечательных русских книг XVIII столетия, напечатанных в России гражданским шрифтом : 1725-1800 / Составил Н. В. Губерти. Выпуск 2. - 1881. С. 19. № 10.

  № 10. Изследование Юридическое о принадлежащем для Суда месте, о судебной власти, о должности судейской, о челобитной и доказательстве судебном с Генеральным Регламентом, с Уставом Главнаго Магистрата и с инструкциями Городских Магистратов, Словеснаго Суда, и Гильдии, с Уставом же таможенным старым и новым, с их Конфирмациями и с Инструкциею Коммерц-Коллегии, со всеми приличными везде указами. Сочиненное в пользу учащихся Юриспруденции в Московском Императорском Университете. От Филиппа Гендриха Дилтея, Обеих прав Доктора оных же и Истории в Императорском Московском Университете Публичнаго и Ординарнаго Профессора, Маинцской Академии полезных наук и разных других, как-то Вольнаго Экономическаго и Российскаго Вольнаго же собрания Членом и присяжным Адвокатом Консистории Пассавской, что в Вене. Печатано при Императорском Московском Университете, 1779 года. 4°, 12 нен. (2 заглавия, Посвящение и Предисловие на лат. и русск. яз.) и 209 нум. стр. Tractatus Iuridicus de foro competenti, Jurisdictione, Officio Judicis, Libello Supplici et Probatione Juridica una cum Regulamentis Generali, et Magistratus Superioris, et Instructionibus omnium Magistratuum, Judicii Oralis, Teloniorum antiqua et nova, Collegii Commerciorum, et trium classum Mercatorum, nec non edictis omnibus in hans rem pro probatione facientibus, aliisque rebus necessariis in usum scholae juridicae Moscuensis conscriptus a Philippo Hendrico Dilthey. V. I. Doctore eiusdemque et Historiarum in Aima Elisabethana Proffessore Publico Ordinario, Aduocato Jurato Consistorii Passauiensis, quod Viennae est, Academiae Moguntinae Scientiarum utilium adscripto socia, aliarumque Membro societatum litterarium, quales sunt Petropolitana Oeconomica, et Moscuensis de excolenda lingua Ruthenica. Typis Universitatis Moscuensis Anno 1779.

  Сопик. ч. 3, № 4515.— Смирд. ч. I № 2080.

  Впереди этого пространного заглавия находится другое на 1-й ненум. стр.: «Введение в Право Российское с теоретическим изъяснением.» — «Isagoge in Jurisprudentiam Rossicam, tum theoretice, tum practice delineatam;» и перед началом «Исследования»,—третье: «Исследование Судебное о принадлежащем для Суда месте, о судебной власти, о должности судейской, о челобитной и доказательстве юридическом, сочиненное в пользу учащихся Юриспруденции в Московском Императорском Университете. — «Tractatus Juridicus de Foro competenti jurisdictione, Officio judicis, Libello supplici et Probatione juridica. Coneinnatus in usum Scholae Moscvensis.».

  Дильтей, повергая сочинение свое к стопам императрицы Екатерины II,посвящает его в пользу Московского юридического училища, и вместе с тем просит Высочайшего покровительства как книге, так и призрения в старости ее сочинителю, причем напоминает о двадцатипятилетней своей службе. Называя настоящий труд свой вторым опытом в сочинениях этого рода, он просит о принятии его с тем же, как и первый, благоволением.*

* В 1768 году напечатано было сочинение Дильтея: «Начальное основание вексельного права, а особливо Российского, купно и Шведского, с прибавлением разных Российских Узаконений к тому принадлежащих, для употребления в Московском Юридическом Факультете, по удобнейшему способу расположенные Ф. Г. Дильтеем; переведено с латинского языка под смотрением профессора Семена Десницкого. М. 1768. 4°. (Сопик. ч. 2, № 2410) и было перепечатано в 1787, 1794 и 1801 году.— В «Russische Bibliothek» Бакмейстера, VII Band. 1781, стр. 8—10 указано издание означенной книги 1772 года с посвящением императрице Екатерине II, обращением автора к кн. Вяземскому Д. Т. Сов., генерал прокурору, и с предисловием к 1-му изданию 1768 года посвященному Н. Ф. Дурасову, Президенту Главного Магистрата.

  В любопытном «Предисловии к читателю», Дильтей обращается к нему с просьбою не толковать в дурную сторону сообщения ему о критике, которой подверглось его сочинение по выходе своем в свет; называя одного из критиков своим врагом, профессор возражает ему, и опровергает следующие его суждения... Означенный критик обвиняет автора в том, что будто бы он осмелился писать законы; на что последний отвечает, что законы, которые дают Государи, он не писал, но объяснял их в пользу учащихся, исполняя тем с одобрением начальства обязанности профессора Юриспруденции. Другой из критиков, утверждает, что издание подобных книг служит к общественному вреду тем, что сбивает с толку читателей, принимающих за закон то, что не имеет и вида закона; на это автор возражает, что времена Августа давно уже протекли, толкования учащих не в употреблении при судебных местах, все то, что законоучители объясняют в школах о разуме, толковании и применении законов к практике, составляют лишь одни их рассуждения, и из училища в суд не переносятся: «понеже ина есть юриспруденция школьная, а ина судебная.» — За тем Дильтей приводит суждения более важные третьего критика своего, которого называет «некоторым великим мужем, учением, благоповедением и долговременным упражнением в юриспруденции прославившимся»; его мнение то, что к надлежащему отправлению правосудия ничего более не нужно, как некоторое врожденное остроумие разума и доброе сердце; автор с своей стороны считает эти качества недостаточными для судьи, и говорит, что ему необходимо познание законов, потому что должно решать дело не по внутреннему убеждению, но по законам. Тот же «великий муж» утверждает, что законы должны быть кратки и без всякого толкованія; на это мнение автор возражает, что если бы возможно было всю систему юриспруденции окончить немногими законами без толкования, то ничего более святого и лучшего нельзя бы выдумать для общей пользы; но, по существу законов, и краткость их составляет недостаток, так как ежедневно приходится что-либо к ним прибавить. В каждой стране, говорит автор, оба недостатка следуют один за другим; законы рождающегося государства всегда страдают первым из них, но в последствии слышатся жалобы уже на их излишество; при этом, Дильтей приводит в пример Римскую Империю, которую от излишества законов, избавил Юстиниан, а Екатерина II старается избавить от того же Россию. Наконец, тот же критик жалуется на нетвердость законов положительных, и желал бы, чтоб они были непременными; профессор возражает, что так как положительные законы зависят от обстоятельств, времени, места и лиц, то по этому они не могут быть непременными, но по обстоятельствам необходимо должны изменяться; ибо положительный закон, полезный при известных обстоятельствах, может при иных оказаться вредным. Оканчивая предисловие, Дильтей упоминает о тех достойных презрения критиках своих, которые, не читав и не видав даже книги его, говорят, что она, кроме известного и уже из употребления вышедшего, ничего в себе не содержит, и что читать ее, значит терять время. «Правда», прибавляет он, «что я осердился, поколику я человек, но укрепившись, начал их презирать: ибо такой критик более не заслуживает; и сказал сам себе в утешение: довольно для меня и для моего сочинения, что некоторые благоразумные люди, которые не новости, но пользу ищут, сию книгу полезною почли.» («Irascebar, verum est, nam hominem necdum exui, sed recollecto paulisper animo ad contemptum transibam eiusmodi enim criticus nil aliud meretur, et dixi me ipsum erigens, sufficit mihi meoque labori, quod cordati viri, qui non novitatem, sed utilitatem quaerunt, hunc librum non inutilem fore indicaverint.»)

  Все сочинение напечатано на латинском и русском языках; русский перевод не мог принадлежать Дильтею, плохо знавшему русский язык, но без сомнения сделан университетскими студентами, под надзором русского профессора, подобно вышеупомянутому сочинению Дильтея о вексельном праве. Исследование разделено на 5 глав: 1. О принадлежащем для Суда месте. (De foro competenti.) II. О судебной власти. (De jurisdictione.) III. О судейской должности. (De officio judicis.) IV. О челобитной. (De Libello supplici.) V. О доказательствах юридических. (De probationibus juridicis.) Последняя 5-я глава подразделена на VII отделений: 1. О главнейших понятиях доказательств (De notionibus generalioribus probationum.) 2. О самопроизвольном признании. (De confessione propria.) 3. О свидетелях. (De testibus.) 4. О письменном виде. (De instrumeatis.) 5. О присягe. (De juramento.) 6. Об осмотре. (De oculari inspectione.) 7. О незаконных доказательствах. (De Modis illegitimis probandi.)

  Главный предмет «Исследования» Дильтея составляет римское право, около которого он группирует все известные памятники русского древнего и нового законодательства, из которых для сравнения выписывает места, подходящие к объясняемым в сочинении предметам. «Впрочем это сравнение не дает у него никаких существенных выводов: он говорит только, что такое-то явление или ему подобное замечаем и в России; но главным предметом его рассуждения постоянно остаются положения римского права; для примера можно взять последнюю главу «о незаконных доказательствах», куда отнесены все ордалии; Дильтей выписывает места из Судебников, и этим доказывает существование ордалий в России—не более; свидетельства Цицерона, Цозия, наконец Морери (его лексикон) — все перемешано без системы».

3. Сопиков, В. С. Опыт российской библиографии. Часть 3. Спб., 1904. С. 80. № 4515.

  № 4515. ИЗСЛЕДОВАНИЕ (юридиче­ское) о принадлежащем для Суда месте, о Судебной власти, о должно­сти Судейской, о челобитной, и доказательстве Судебном, с Генеральным Регламентом, с Уставом главного Магистрата, и с Инструкциями городских Магистратов, Словесного Суда и Гильдий, с Уставом Таможенным, старым и новым, с их конфирмациями, и с Инструкциею Коммерц-Коллегии, со всеми прилич­ными везде Указами; сочинено и издано Профессором Дильтеем; Мос­ква, 1779 — в 4°.

Редка.

  Книга напечатана на русск. и лат. языках; подробное ее oпucaниe см. у Губерти — Матер. для рус. библиогр. т. 2, № 10. Смирдин № 2080. Остроглазов — Книжн. редкости, № 104.

4. Остроглазов, И. М. Книжные редкости: Библиографическое описание И. М. Остроглазова. 1891-1892. С. 277. № 104.

  № 104. Изследованиe юридическое о принадлежащем для суда месте, о судебной власти, о должности судейской, о челобитной и доказательстве судебном с генеральным регламентом, с уставом главнаго магистрата, и с инструкциями городских магистратов, словеснаго суда и гильдии, с уста­вом же таможенным старым и новым, с их конфирмациями и с инструкциею коммерц-коллегии, со всеми приличными везде указами. Сочиненное в пользу учащихся юриспруденции в Московском Императорском Университете. От Филиппа Гендриха Дилтея, обеих прав Доктора оных же и истории в Императорском Московском Университете Публичнаго и Ординарнаго Профессора, Маинцкой Академии полезных наук и разных других, как то Вольнаго Эконо­мическаго и Российскаго Вольнаго же Собрания Членом и присяжным Адвокатом Концистории Пассавской, что в Вене. Печатано при Императорском Московском Университете, 1779 года. 4°. 12 нен. и 209 нум. стр.

  Исследование на Русском и Латинском языках. Оно разделено на пять глав: I) О принадлежащем для суда месте, II) О судебной власти, III, О судейской должности, IV ) О челобитной, V) О доказательствах юридических. Последняя глава разделена на VII отделений: 1. О главнейших понятиях доказательств. 2. О самопроизвольном признании. 3. О свидетелях. 4. О письменном виде. 5. О присяге. 6. Об осмотре и 7. О незаконных доказательствах.

  Сопиков 4515, Смирдин 2080. Губерти II, 10. Биографич. Словарь профессоров и преподавателей Моск. Университета. С. 301.

  Клочков 34 — 19201, 3 р. Готье 5109, 3 р.

5. Битовт, Ю. Ю. Редкие русские книги и летучие издания XVIII века. 1905. С. 370. № 1925.

  № 1925. Изследование Юридическое о принадлежащем для суда месте, о судебной власти, о должности судейской, о челобитной и доказательстве судебном с Генеральным Регламентом, с Уставом Главнаго Магистрата и с инструкциями городских магистратов, Словеснаго Суда, и Гильдии, с уставом же таможенным старым и новым, с их копфирмациями и с инструкциею коммерц-коллегии со всеми приличными везде указами, сочиненное в Пользу учащихся юриспруденции в Московском Императорском Университете. От Филиппа Гендриха Дилтея, Обеих прав Доктора оных же и Истории в Императорском Московском Университете Публичнаго и Ординарнаго Профессора, Майнцской Академии полезных наук и разных других, как-то Вольнаго Экономическаго и Российскаго Вольнаго же собрания Членов и присяжным Адвокатом Концистории Пассавской, что в Вене. Печатано при Императорском Московском Университете, 1779 года. Tractatus Juridicus de foro competenti Jurisdictione, Officio Judicis, Libello Supplici et Probatione Juridica una cum Regulamentis Generali, et Magis­ trates Superioris, et Instructionibus omnium Magistratuum, Judicii Oralis, Teloniorum antiqua et nova, Collegii Commerciorum, et trinm classum Mercatorum, nec non edictis omnibus in hanc rem pro probatione facientibus, aliisque rebus necessariis in usum scholae juridicae Moscuensis conscriptus a Philipo Hendrico Dithey. V. I. Doctore eiusdemque et Historiarum in Alma Elisabethana Profiessore Publico Ordinario, Aduocato Jurato Consistorii Passauiensis, quod Viennae est, Academiae Moguntinae Scientiarum utilium adscripto socio, aliarumque Membro societatum litterarium quales sunt Petropolitana Oeconomica, et Moscuensis de excolenda lingua Ruthenica. Typis Universitatis Moscuensis Anno 1779. 4°. 12 н. и 209 стр.

  Сопик. 4515. — Смирд. 2080. — Губ, II, 10. — Пф. 2701. — Остр. 104.

  Готье 3 р. (5109). — Клочк. 3 р. (34).

6. Бурцев, А. Е.  Описание редких российских книг.  — Ч. 1–5. — СПб.: Тип. И. А. Ефрона, 1897. Часть II, с. 275. № 247.

  № 247. Изследование юридическое, о принадлежащем для суда места, о судебной власти, о должности су­дейской, о челобитной и доказательстве судебном, с генеральным регламентом, с уставом главнаго ма­гистрата, и с инструкциями городских магистратов, словеснаго суда и гильдии, с уставом таможенным, старым и новым, с их конфирмациями и с инструкциею коммерц-коллегии; со всеми, приличными везде, указами. Сочинено и издано профессором Дильтеем. — Москва. 1779 года, в 4 д. л.

  Книга замечательная, как по содержанию, так и по редко­сти издания. В настоящее время совсем не находится в книж­ной торговле: редка. См. «Опыт российской библиографии или пол­ный словарь сочинений и переводов» Василия Сопикова, за № 4515, сказано: книга редкая. Хорошо сохранившиеся экземпляры ценятся до 10 рублей.

7. Бурцев, А. Е. Обстоятельное библиографическое описание редких и замечательных книг, брошюр, художественных изданий. 1901. Том 1. С. 551. № 511.

8. Бурцев, А. Е. Словарь редких книг и гравированных портретов. 1905. Том 3. С. 82. № 826.

9. Семенников, В. П. Книгоиздательская деятельность Н. И. Новикова и Типографической компании. Петербург. 1921. С. 19. № 71.

  № 71. Изследование юридическое о принадлежащем для суда месте, о судебной власти, о должности судейской, о челобитной и доказательстве судебном .... Сочиненное в пользу учащихся юриспруденции в Моск. Имп. Унив. от Филиппа Гендриха Дилтея .... Ун. т. 1779. 4° (на последней предшествующей тексту ненумерован. странице – Н. Н.).

  D. v. Соп. № 4515. Губерти, II, № 10.

10. Геннади, Г. Н. Справочный словарь о русских писателях и ученых, умерших в XVIII и XIX столетиях, и список русских книг с 1725 по 1825 г.: в 3-х томах. Берлин-Москва. 1876-1908. Том 1. С. 301.

  Дильтей. Филип Гейнрих (Dilthey), ро­дом тиролец, доктор прав венского унив-та (1753), в 1756 г. прибыл в Москву и читал в унив-те естественное право. В 1765 он был уволен за неисправность в преподавании, но в следующем опять при­нят и расширил свои лекции: стал читать историю русского права и права военное, мор­ское и уголовное. — В 1781 уволен и умер в Петорбурге. — В Собрании речей моск. унив. (М 1819) помещены некоторые его речи.

  — Первыя основания Универсальной Истоpии, с сокращенною Хронологиею, в пользу обучающегося Российскаго Дворянства; на русс. и франц. 3 ч. М. 1762—1768.

  — Начальныя основания вексельнаго пра­ва, а особливо Российскаго, купно и Шведскаго, с прибавлением разных Российских Узаконений, к тому принадлежащих, для употребления в Моск. Юридическом Факультете, по удобнейшему способу расположеныя. М. 1762, 1772, 1787, 1794 (У Смирд. издание значится пятым); Владимир, 1801, 2 ч. Перев. под смотрением С. Десницкаго.

  — Детский Атлас, или новый удобный и доказательный способ к учению Географии, исправленный и умноженный Ф. Дилтеем; пер. с фр. Мих. Новосильцов и Ив. Карпов, на рус. и франц. 6 ч. М. 1768—77. 12°.

  — Panegyricus quo Catharinae Magnae recurrentem capessiti throni solemnitatem gratulatur. Moscuae, 1768. 4°. Ib. 1771. 4°.

  — Essay geographique sur la Russie avec lе blason et la genealogie de la maison regnante.

  — Опыт Российской Географии с толкованием гербов и с родословием царствующаго дому, (sic) собранный из разных Авторов и манускриптов Ф. Г. Дилтеем, переведен под руководством того-же проф. с французскаго на росс. и с росс. на франц. язык, П. П. Бибиковым, и Н М. Мацневым. М. 1771. 8°. (Это продолжение Детскаго Атласа).

  — Oratio gratulatoria, qua Principi Paulo Petridi et Principi Nataliae Alexeidi de nuptiis Petropoli consummatis Universitas Moscnensis sua vota obtulit. M. 1773. 4°.

  — Panegyricus quo Catharinae Magnae recurrentem 21. Apr. natalem, gratulatur. M. 1774. 4° и Ib. 1776. — Тоже на русском, 1774. (Coп 10753).

  — Изследование Юридическое о принадле­жащем для суда месте, о судебной власти, о должности судейской, о челобитной и доказательстве судебном, с Генеральным Регламентом, с Уставом Главнаго Маги­страта и с Инструкциями Городских Магистратов, Словеснаго Суда и гильдии, и проч.; на рус. и лат. (Tractatus juridicus etc.). М. 1779. 4°.

  — Oratio panegyrica ad solemnitatem annuam 28. Junii recurrentem, quod Imperatrix Catharina II, thronum Rossicum conscenderit, recitata. M. 1780. 4°.

  — Диссертация о наследованиях юридических, или о дедукциях судебных дел. П. 1781. 8°.

  — Собрание нужных вещей для сочинения новой Географии о Российской Империи. Часть 1-я: о Тульском Наместничестве. На рус. и фр. П. 1781. 8°. (Recueil de ріeсеs etc.).

  Словарь М. Евгения . — Büsching, Lebensgesch. donkw. Personen, III. (В его автобиографии; Бюшинг был родственник Дильтея). — Биогр. Словарь моск. професс. I, 301 —311. (Капустина).

11. Словарь русских светских писателей, соотечественников и чужестранцев, писавших в России / Соч. митр. Евгения. Т. 1-2. - Москва : Московитянин, 1845. Том 1. С. 180.

  ДИЛТЕЙ (ФИЛИПП ГЕНРИХ), обоих прав Юриспруденции Доктор, первый основатель сей науки и публичный Ординарный Профессор в Московском Университете, Ординарный Член Майнцской Курфиршеской Академии Полезных наук, и многих других ученых обществ, родом Тиролец из Шерстейн-Рингава, обучался в Университетах Инспрукском, Страсбургском и Венском, из коих в последнем произведен в Докторы прав 1753 г., в Августе месяце. При учреждении Московского Университета, вызван был он для заведения Юридического Факультета в оном, и по приезде в 1756 г. Сентября 16, принят в Университетскую службу. Находясь в оной, сочинял и в публичных собраниях при торжественных случаях Университета он говорил на Латинском языке разные ученые и ораторские рассуждения, которые все в свое время и напечатаны были в Университетской Типографии, как то: 1) Панегирик со включением рассуждения О правах и преимуществах от торжественного коронования происходящих, говорен Апреля 24, 1757 г. 2) Панегирик со включением рассуждения О единственном, истинном и полном основании Естественного Права, говорен 23 Сентября, 1763 г. 3) Панегирик со включением рассуждения О различии истинной и точной Юриспруденции, от ложной, говорен 28 Июня, 1764 г. 4) Панегирик Императрице Екатерине II, со включением рассуждения о том, чего требует справедливость законов, защищающих малолетныи возраст, когда малолетные окажутся обманщиками? говорен 28 , Июня 1768 г. 5) Панегирик со включением рассуждения О предоставлении конкурса вексельных кредиторов и векселей одним только купцам, говорен Июня 28, 1771 г. 6) Панегирик со включением рассуждения О присутственных местах и разных родах дел, ведению каждого принадлежащих, говорен 21 Апреля 1774 г. 7) Торжественное слово на заключение мира между Россиею и Оттоманскою Портою в 1774 г. В сем слове доказывал он, что тогдашним заключением мира а) Грекороссийская религия получила много выгод, б) пользы Российской, Коммерции судоходством по Черному морю знатно приумножены, в) безопасность Российской Империи от стороны Турок и Татар навсегда утверждена. Говорено 10 Июля, 1774 г. 8) Панегирик со включением рассуждения О разных родах, челобитень или просьб, говорен 21 Апреля 1776 г. 9) Панегирик со включением рассуждения О пользе знания судебных делопроизводств и их решений, говорен 28 Июня, 1780 г. Сие рассуждение переведено на Русский язык и напечат. в С.-Петербурге, 1781 г. Сверх сих Академических актов он еще сочинил и издал 10) Первы основания Универсальной Истории с сокращенною хронологиею, в пользу обучающегося Российского Дворянства, в 3 частях, на Французском и Русском языке. Первые две части напечатаны в Москве, 1762 и 1763 г., а последняя там же 1768 г. 11) Новое описание сферы, напеч. в Москве 1763 г. 12) Детский Атлас или новый способ к учению Географии, на Французском и Российском языках, в 5 частях, со многими рисунками и с прибавлением к 4 части, напечатан в Москве 1768 — 1776 г. 13) lus Cambiale или Начальные основания вексельного права, а особливо Российского купно и Шведского, по руководству Геннекция, на Латинском языке, напечат. в Москве, 1787 г., а на Российском с прибавлением разных Российских Указов и двух диссертаций, до вексельных дел касающихся, напечатаны в Москве же 1787 г., в другой раз 1794 г., а в третий 1801 г. 14) Топография Тульской Губернии, напеч. на Российском языке, в Москве, 1801 г. Он сделал и свод систематический Российских Законов, который был уже и напечатан, но в свет не выпущен. В 1781 г., будучи уволен из Университета в С.-Петербурге, он в том же году там скончался.

12. Русский биографический словарь / изд. под наблюдением пред. Имп. Рус. ист. о-ва А. А. Половцова. - Санкт-Петербург : Имп. Рус. ист. о-во, 1896-1913. Том 6. Дабелов-Дядьковский. С. 381.

  Дильтей (Dilthey), Филипп-Гейнрих, родом тиролец, доктор прав венского университета (1753), в 1756 г. прибыл в Москву и читал в университете естественное право. В 1756 г. он был уволен за неисправность в преподавании, но в следующем опять принят и расширил свои лекции; стал читать историю русского права и права военное, морское и уголовное. В 1781 г. уволен и умер в Петербурге. В Собрании речей Московского университета (М. 1819) помещены некоторые его речи. Из сочинений его известны: «Первые основания Универсальной Истории», на русском и французском. 3 ч. М. 1762 — 1768. — «Начальные основания вексельного права». М. 1762, 1772, 1787, 1794. — «Детский Атлас, или новый удобный и доказательный способ к учению Географии», на русск. и франц. 6 ч. М. 1768 — 77. 12°. — «Panegyricus quo Catharinae Magnae recurrentem capessiti throni solemnitatem gratulatur». Moscuae, 1768. 4°. Іb. 1771. 4°. — «Essay geographique sur la Russie avec le blason et la genealogie de la maison regnante». — «Опыт Российской Географии». М. 1771.8° (перевод). — «Oratio gratulatoria, qua Principi Paula Petridi et Principi Nataliae-Alexcidi de nuptiis Petropoli consummatis Universitas Moscuensis sua vota obtulit». М. 1773. 4°.— «Paneguricys quo Catharinae Magnae recurrentem 21 Apr. natalem, gratulatur». М. 1774. 4° и Іb. 1776. — То же на русском. 1774 — «Изследование Юридическое о принадлежащем для суда месте и проч.». М. 1779. 4°. — «Oratio panegyrica ad solemnitatem annuam 28 Junii recurrentem, quod Imperatrix Catharina II, thronum Rossicum conscenderit, recitata». М. 1780, 4°. — «Диссертация о наследованиях юридических, или о дедукциях судебных дел». П. 1781. 8°. — «Собрание нужных вещей для сочинения новой Географии о Российской Империи», часть 1-я: «О Тульском Наместничестве». На русск. и франц. П. 1781. 8°.

  Словарь М. Евгения. — Büsching, Lebensgeschenke. Personen, III. (В его автобиографии; Бюшинг был родственник Дильтея). — Биогр. Словарь моск. професс. 1, 301—311 (Капустина) — Григорий Геннади. Справочный словарь о русских писателях и ученых, умерших в XVIII и XIX столетиях, и список русских книг с 1725 по 1825 г. Берлин. 1876.

13. Биографический словарь профессоров и преподавателей Императорского московского университета: За истекающее столетие, со дня учреждения января 12-го 1755 года, по день столетнего юбилея января 12-го 1855 года, составленный трудами профессоров и преподавателей, занимавших кафедры в 1854 году, и расположенный по азбучному порядку. Ч. I-II. – М.: Унив. тип., 1855. Часть первая. С. 301.

  ДИЛЬТЕЙ, Филипп Генрих, (Неinrich Рhiliрр Diltheу), был родом Тиролец из Шерстейн-Рингава; обучался в Университетах Инспрукском, Страсбургском и Венском, из которых в последнем получил степень Доктора Прав в 1753 г., уже бывши Членом Майнцской Академии. При учреждении Московского Университета, чрез посредство Миллера и Бюшинга, Дильтей вызван был в Россию как Профессор Истории и Прав, по особому контракту с жалованьем в 500 руб.; в Москву прибыл он 28 Сен. 1756 года (М. Вед. 1756. № 46), открыл преподавание в Университете речью 31 Октября, о которой в объявлении Куратора сказано: «Профессор за благо рассудил, что он не бесполезно учинит, есть ли о нужде и пользе права перстом Божеским во всех сердцах написанного и чрез справедливое рассуждение всему человеческому роду объявленного, речь свою предлагать будет» (Моск. Гор. Лист. 1847. № 14). На другой день Дильтей открыл свой курс Юридических Наук в Университете, а через 2 недели потом, 11 Ноября, стал читать на Французском языке приватные лекции «о Праве Натуральном» (М. В. 1756, № 56). В течении 10 лет в Дильтее сосредоточивался весь Юридический Факультетет Московского Университета, а потому его деятельности, учебная и ученая, заслуживают особого внимания. К сожалению, все отзывы о достоинстве преподавания Дильтея принадлежат Бюшингу, который, как двоюродный брат его, не может быть свидетелем беспристрастным, или Бакмейстеру, который старался выставить в лучшем свете деятельность немецких ученых; рассматривая письма Дильтея к Миллеру и Акты Конференции, мы не можем вполне согласиться с мнением Бюшинга (Lebensgesch. denkw. Рers. III, 55).

  Действительно, в начале Дильтей ревностно принялся за работу. Изучение русского языка, которое досталось ему без особого труда, Университетские занятия, публичные лекции, сочинение речей — все это показывает большую деятельность; но она направлена была преимущественно на обеспечение своего состояния: за публичные лекции Дильтей брал по 12-ти рублей, с платою половины вперед, и, вероятно, число посетителей было так велико, что он в 1760 году мог купить себе дом за 1500 руб. Мы увидим, что от этого терпели собственно Университетские лекции.

  В каталоге чтений Дильтей помещал почти весь объем Юридических наук. — Естественное Право, Римское, Феодальное, Уголовное, Государственное — и все это предлагал читать на 4-х языках, по выбору слушателей, по 8 часов в неделю (Сatal. рraelect. annо 1757). Но главным предметом чтений оставалось всегда и постоянно Естественное Право. Эту науку Дильтей читал по руководству Пуффендорфа, вводя в нее все тонкости тогдашней метафизики; чтобы ознакомить публику с успехом своих лекций, Дильтей особенно любил публичные диспуты между студентами: назначались два студента, защищавшие тезисы предложенные Профессором, и четыре, возражавшие против них. Сколько известно, первый из таких диспутов был в 1756 году Декабря 17-го; вот печатное заглавие его: «Опыт успехов в естественном праве, который под руководством Филиппа Генриха Дильтея, обеих прав Доктора, Курфиршеской Могунтинской Академии Полезных Наук Члена, Прав и Истории Профессора, окажут студенты Иван Алексеев и Матвей Елисеев, ответствуя на вопросы и противные мнения, которые предложены быть имеют от студентов же Семена Герасимова, Сергея Малиновского, Антония Котцаурека и Петра Ямпольского в Университетской Авдитории по утру Декабря 17-го дня.» — Всех тезисов было 16; для примера приведем 7-й: «Совесть есть или предидущая или последующая, или достоверная, или вероятная, или правая, или ложная, или сомнительная, или напоследок бесчувственная.» Впоследствии тезисы заимствовались из Вексельного права. Один из таких диспутов, в 1775 году, происходил в присутствии Потемкина (Васmeister, Russ. Bibl. IV. 175).

  Между тем Естественное Право, читанное по Винклеру, Пуффендорфу и Неттельбладту, не прививалось к слушателям; к тому же Дильтей в 1757 году сделан был Инспектором Гимназии с прибавкою 100 р. жалованья, стал заниматься переводом Грамматики Ломоносова, которую хотел издать для иностранцев — все это отвлекало Профессора от дела. Не зная основательно Русского языка и Русских законов, Дильтей не мог в своих лекциях возбудить интереса к отвлеченной и мертвой науке; число слушателей его уменьшалось и наконец, по собственному признанию его, ограничилось одним студентом. Одною из главных причин такого упадка Юридических лекций было, конечно, нерадение самого Дильтея, который, по свидетельству Рейхеля, в течении 16-ти месяцев был только 5 раз на лекции. Такая неисправность заставила Университет в 1765 году представить Директору Ададурову, что «от Дильтея никакого плода нет» (письмо Адад. к Хераск. 22-го Февраля 1765); в следствие этого Дильтей был уволен и на место его определен Лангер. С своей стороны Дильтей представил в Сенат жалобу на Университет, в которой обвинял Канцелярию Университета в удержании жалованья, в неуплате 27 руб. за Универсальную Историю, в лишении старшинства и в недозволении будто бы студентам учиться Юриспруденции. Началась довольно значительная переписка по этому делу между Сенатом и Конференциею Университета, которая продолжалась почти полтора года, и в течении этого времени Дильтей не преподавал лекций. Вспомнили, что неудовольствия Дильтея начались еще с 1761 года по поводу ссоры с Боуером, коснулись его домашней и семейной жизни; доказали частые отсутствия Дильтея недельными отчетами и манускриптом Juris Naturaе, писанным студ. Калиновским, также выговорами Директора (seorsum et publiсе in conferentia multореre esse admonitum. Аct. Сonf. 29-го Декабря 1765). Дильтею в особенности хотелось посвятить свою Историю Цесаревичу; но Профессоры, рассмотрев ее, нашли, что История Дильтея есть простая компиляции, что он целиком выписывал из Гейнекция, что метод дурен, что события доведены только до Августа, что гораздо лучше История Фрейера, которая и переведена по приказанию Куратора, что наконец в самом посвящении Цесаревичу была неисправность, так что его нельзя было напечатать (Ук. Сен. 1765). Между тем подлинные бумаги по делу были затеряны, и, — в то время, как 20-го Марта 1766 года конференция записывала в журнал свои обвинения, — 8-го Марта состоялся указ Собственной руки Императрицы о прекращении дела, о принятии Дильтея снова на службу и заключении с ним нового контракта (письмо Адад. к Хераск. 21-го Мар.). С этого времени начинается новый период в служебной и учебной деятельности Дильтея. Конференция подвергла его экзамену, нашла способным и по объявлению Куратора снова допустила к преподаванию лекций с 13-го Апреля (Аct. Сonf. 8 и 12 Апр. 1766).

  Замечательно, что еще в 1764 году Университет, видя неприложимость Естественного Права, не показывавшего точных результатов для юридического образования, предписал Дильтею составить план преподавания Юриспруденции, хотя конференция для многих причин того плана не опробова ла; Дильтей сам видел, что нельзя было в течении 8-ми лет ограничиваться одним Естественным Правом и оправдывал себя тем, что изучение его должно предшествовать изучению Русского Права; он просил дать ему несколько Студентов для распределения Русских Законов в порядке и сознавал необходимость Профессоров Русских (Асt. Сonf. 12-го Окт. 1765). По мнению Дильтея, общий состав Юридических наук должен состоять в следующем: 1)Естественное Право; 2) Римское; 3)Уголовное и вексельное; 4) Русское; 5) Государственное с изложением отношений между Государями; в каждой науке необходимо делать приложение к Русским законам, и весь курс должен продолжаться 5 лет; для сокращения времени Дильтей советовал напечатать Рuffendorfii, de officiis civis et hominis. (Книга эта во Франции служит и теперь руководством.)

  Допущенный во второй раз к преподаванию, Дильтей понял справедливость неудовольствия конференции, и с 1766 года стал уже читать систему всеобщего права по Нетельбладту и к этому присоединил Право Военное и Морское; с каждым годом он оживлял более и более свои чтения, излагая положительные законы, при помощи вновь прибывших Профессоров Русских, Десницкого и Третьякова; так в 1772 году Дильтей читал уже Историю Русского Права, далее Вексельное Право, Уголовное Право, а в последний год преподавания стал излагать учение о завещаниях по Неттельбладту. Это было в 1781 году; по своим делам, Дильтей был уволен в Петербург, где и умер осенью (Васmeist. VII, 554).

  Ко второму периоду Университетской жизни Дильтея относятся все лучшие сочинения, оставшиеся после него, к которым мы должны обратиться теперь.

  Вообще заметим, что Дильтей был один из самых деятельных Профессоров; приехавши в Россию, он был поражен новыми для него отношениями; но, вместо того, чтобы изучать их в корне, глубоко, он старался подвести их только под понятия и взгляды, которые принес с собою; вместо ученика в новом для него предмете, он хотел сделаться учителем. Конечно, юридическое образование существовало у нас и до Петра Великого, хотя в своей особой форме; Дильтей не мог приноровиться к этой форме, не мог и не умел вывести из наших данных и из нашей Истории своенародной системы Права; он взял готовую систему Римского права, к которому прилагал Русские законы и в этом отношении влияние его было сильно и отражалось весьма долго. Приложение было не многообъемлющее, а потому противоречия не выдавались слишком резко: немногие данные из Русской жизни легко теряли свой характер в огромной массе отвлеченных воззрений и системы. Эту двойственность мы видим во всем, что выходило из-под пера Дильтея: положительные основания получали у него самый произвольный смысл и ничем не связывались ни между собою, ни с общею теориею, которая представлялась чем-то извне данным. Таково было общее ученое направление того века, в котором жил Дильтей; Философия поглощала в себе все науки; не дожидаясь их последних выводов, она предписывала их, не собирая, а разветвляясь в отвлеченных умствованиях, запутываясь в дробном анализе, отрешаясь от жизни общества. Дильтей перенес то же направление и к нам в Россию; мы смотрим на него, как на памятник бесплодно-погибших усилий в науке, преждевременных попыток создать Философию Права. Это общее замечание относится ко всем сочинениям Дильтея, а потому мы, в исчислении их, остановимся на главнейших.

  В торжественных речах своих, произнесенных на Университетских актах, Дильтей касался общих предметов и частных положений, интересных для слушателей; к панегирикам он присоединял всегда небольшие рассуждения из юридической сферы. Так в 1757 году он говорил: «О правах и преимуществах от торжественного коронования происходящих»; в 1763 г. — «О воинственном истинном и полном основании Естественного Права»; в 1761 г. «О различии истинной и точной юриспруденции от ложной»; в 1768 г. — «Чего требует справедливость законов, защищающих малолетний возраст, когда малолетние окажутся обманщиками?»; в 1771 г. — «О предоставлении конкурса вексельных кредиторов и векселей одним только купцам»; в 1773 — «Оratiо gratulatoriа» в 1774-е «О присутственных местах и разных родах дел, ведению каждого принадлежащих»; — «Речь по случаю Кучук-Кайнарджийского мира», где исчисляются выгоды России от этого мира в отношении веры и торговли, с прибавлением латинской оды: In расem; в 1776 г. — «О разных родах челобитен и просьб»: наконец в 1780 — «О пользе знания судебных делопроизводств и их решений». Таким образом редкий год Дильтей не выступал перед публикой представителем Юридического Факультета, своим словом возбуждая вопросы или решая их поверхностно. Некоторые задачи этих речей Дильтей обрабатывал потом более тщательно и издавал в виде особых рассуждений.

  Так в 1768 и 1772 годах он издал «Начальные основания Вексельного Права, а особливо Российского купно с Шведским» (331 стр.): книга посвящена Н. Ф. Дурасову, Президенту Главного Магистрата. Здесь, кроме начал Вексельного Права, помещено два рассуждения: — «о преимуществах малолетних» и «о конкурсе», и перепечатаны важнейшие указы (всего 46), относящиеся к торговым законам, как напр. о суде таможенном 1727 года и Вексельный устав 1729 года. Вексельное Право имело еще издания 1787, 1794 и 1801 годов, — это показывает уже его практическую пользу. В изложении автор держался Гейнекция, но везде, сколько мог, приводил в подлиннике Русские законы; самый характер торговых законов вообще был причиною особенной доступности подобного дела для Дильтея, так что, бесспорно, это самый удачный его опыт.

  В 1779 году Дильтей напечатал «Исследование Юридическое о принадлежащем для суда месте, о судебной власти, о должности судейской, о челобитной и доказательстве судебном» — на Латинском и Русском языках (209 стр.). Предметы, входящие в состав сочинения, сравнены со всеми Русскими законодательными памятниками, начиная с Генерального Регламента; впрочем это сравнение не дает у автора никаких существенных выводов: он говорит только, что такое-то явление или ему подобное замечаем и в России; но главным предметом его рассуждения постоянно остаются положения Римского Права; для примера можно взять последнюю главу, «о незаконных доказательствах», куда отнесены все ордалии; Дильтей выписывает места из Судебников и этим доказывает существование ордалий в России — не более; свидетельства Цицерона, Цозия, наконец Морери (его лексикон) — все перемешано без системы. Сам Дильтей называет свое исследование введением в Право Российское и посвящает его Императрице.

  Из рассуждений Дильтея, читанных на актах, более других замечательно произнесенное в 1780 году. Дильтей доказывает различными доводами пользу от обнародования судебных решений (Сallis «mémoires raisonnés et causes сé lébres» dictatum); так, говорит он, дедукции объясняют истину в отношении факта и права, судью и секретаря удерживают от несправедливых приговоров и превратного толкования дел (стр. 8 и 9). К сожалению, мысли эти высказаны вскользь и не объяснены всесторонне в приложении к законодательству.

  В этих немногих сочинениях, преимущественно же в речах, выражается ясно юридическое направление Дильтея. Он касался самых разнообразных предметов, но не внес в них живого понимания; весь практический характер изложения ограничивается приведением или перепечатыванием отдельных указов, которые стоят вне всякой связи с крайне-отвлеченными положениями, им предшествующими; не зная Русской жизни, Дильтей не для нее брал из общей теории то, что можно было взять, а напротив отвлеченную теорию оставлял неприкосновенною, отвергал все, что не подходило под заготовленный план и мысли. Но к чести Дильтея должно сказать, что он, особенно в последнее время своей деятельности, не оставался чуждым новому направлению, указанному Императрицею; труды Новикова и отечественных историков обнаруживали вновь родившуюся потребность. Дильтей чувствовал в себе недостаток данных для успешных результатов на новом поприще, и потому приглашал трудиться вместе с ним молодых Русских студентов; он понимал, что наука Права глубже других должна проникнуть в существо Русской жизни, что ей должно предшествовать много трудов приготовительных, что нельзя было разом осветить всю массу законодательного движения: каждый вопрос дробился до бесконечности, вызывая новые задачи. Исполнение не могло быть удачно; мы должны оценить по крайней мере понимание. Действительно, всякий раз, когда Дильтей обращался к Русскому Праву, все у него выходило отрывочно, без связи, без общей мысли; но с другой стороны Дильтей пытался уяснить себе хотя современное Русское законодательство и с этою целью составил Свод Законов. Неизвестно почему этот Свод не был издан, и мы не можем судить об его полноте; вероятно, он был не совершеннее многих Сводов, издававшихся в начале нынешнего столетия частными лицами, но во всяком случае если не исполнение, то мысль замечательна: видно, что Дильтей не только сознавал трудности, представлявшиеся ему в оживлении Науки Права, но и старался преодолеть их.

  Кроме того изучение России проявилось у Дильтея изданием Топографии Тульской губернии, напечатанной в 1781 году, на Русском и Французском языках (под заглавием: Rесueil des ріèces nécéssaires рour une nouvelle Geographie russe. Рiéce I, Du Gouvernement Тoula etc; Русский перевод сделан И. Пестелем) и еще более изданием Атласа для детей.

  Этот атлас напечатан был Дильтеем на Французском языке сначала в Амстердаме, в 1766 году; потом перевели его на Русский язык питомцы Университета, служившие большею частию в гвардейских полках. Так в числе переводчиков мы находим имена Князей Ухтомского и Оболенского, Новосильцова, Бутурлина, Бибикова, Горчакова и других. Атлас состоит из 6 частей (последней одно отделение), печатанных от 1768 до 1777 года; это – описание 24-х стран, изложенное в вопросах и ответах. Дильтей так дорожил Атласом, что каждый том его посвящал кому либо из государственных лиц: Ададурову, Гр. Воронцову, Амвросию, Потемкину, Маслову и Платону. География России составляет 4-й том атласа, который носит особое заглавие: Еssaу géographiquе sur la Russie avес lе Вlason et lа généalоgie de la maison régnantе, сompilé dе differens auteurs et manuscriрts, 1771—1775 г. (436 стр. 33, карты и 4 приб.). Кроме общего географического описания России и ее 20 губерний, Дильтей в свою Географию ввел и другие предметы, не прямо относящиеся к ней. Трудно предполагать, что бы автор имел то понятие о Географии, которое ей придают в настоящее время; гораздо вероятнее, что он хотел сообщить больше живости и занимательности своей книге. Так напр. в географии России он поместил описание Молдавии и Валахии, «земель, покоренных в последнюю войну,» и почти половину книги занял ХI главою: «О замечательностях в России»; в этой главе Дильтей говорит о Царствующем Доме, о древней Русской Истории, о Законодательстве и Литературе, — т. е. о писателях ему современных. Наконец в прибавлениях помещены разные указы с 1772 до 1775 года, относящиеся к устройству и управлению России, каковы Наказы и Учреждения о губерниях, Манифест об уничтожении Запорожцев и т. д. Атлас Дильтея не был никогда принят учебным руководством, хотя по заглавию можно думать, что автор имел это в виду; относительная обширность была одним из главных к тому препятствий, сухость же изложения делала атлас непригодным для простого чтения; только 4-й том, имевший несколько изданий, достигал цели ознакомления иностранцев с Россиею и мог быть изучаем у нас. Если бы действительно подобный труд отвечал всем потребностям тогдашнего общества, он уже по широкому своему плану должен бы произвести огромное влияние, — ничего подобного не видим; последующие географы нисколько не заимствовали у Дильтея, которого труд был слишком поспешен; едва только вышли в свет труды Миллера, Новикова, Крашенинникова, едва только начались ученые путешествия, как Дильтей вздумал написать полную географию России; чтобы убедиться в бедности материалов, довольно сказать, что почти ¾ книги автор наполнил предметами, не относящимися к Географии.

  Вообще у Дильтея мы замечаем стремление созидать из немногих материалов целую систему; эта система была уже принесена, уже готова прежде: дожидаться собрания фактов Дильтей не хотел. От того события и данные у него являются везде как бы случайно, между прочим, не дают из себя живого вывода, а по обязанности играют роль примеров. Новая земля и новое общество поражали Дильтея; он наблюдал поверхностно все особенности, которые его занимали, — и тотчас же хотел научать. Одно только Вексельное Право в каждом новом издании являлось в лучшем виде; по ним можно видеть, как сам автор знакомился ближе с своим предметом, хотя далеко не достиг до окончательной отделки, даже для своего времени: везде видим у него Пуффендорфа, Гейнекция, — и примеры из Русского Права.

Наши контакты

e-mail:
oldbook2004@gmail.com

skype: alex-art38

телефоны:
(063) 314-84-91
(093) 149-82-73
(096) 464-03-49

Покупка книг:

Покупка книг - старинных, антикварных, букинистических в Киеве, Одессе, Харькове, Донецке, Днепропетровске, Запорожье, Крым, Кривой Рог

(нажмите для отправки)

 

Корзина

Корзина пуста.